«Вольный стрелок» на фестивале в Брегенце
Фестиваль проходит под руководством нового интенданта, финской меццо-сопрано и культур-менеджера Лилли Паасикиви, поэтому в программе много финского, например, выступление венского оркестра под управлением финского дирижера Юкки-Пекки Сарасте — c программой из Сибелиуса и нашего современника Себастиана Фагерлунда и целых два выступления танцевальной труппы Теро Сааринена. Он показывает знаменитый уже спектакль «Одолженный свет», объединяющий современный танец и песнопения английских квакеров XVIII века, так называемых шейкеров, и премьеру «Учиться всю жизнь» на музыку Кайи Саарьяхо, выдающегося композитора, ушедшей из жизни два года назад.
Впервые в истории летнего фестиваля в Брегенце «оперой на озерной сцене» стал «Вольный стрелок» Вебера — вершина немецкого романтизма. Скелеты на повозке, запряженной скелетом лошади, огнедышащий дракон, увлекающиеся синхронным плаванием нимфы — сказка на то и сказка, чтобы показывать маловероятное, но при этом рассказывать о важном.
Режиссер и художник Филипп Штёльцль — мастер визуально эффектных постановок, в том же Брегенце, например, он поставил запоминающегося «Риголетто», когда огромная голова шута парила над озером (“Ъ” писал о спектакле 17 августа 2019 года). На этот раз Штёльцль выстроил сказочной красоты деревушку посреди холмов, где есть старая церковная башня с часами, харчевня, откуда в зиму вываливается веселый народ, уютные домики местных крестьян. Благодаря мастерской работе со светом (режиссер занимался им вместе с Флорианом Шмиттом) пейзаж меняется на глазах так, словно полностью переcтавлены декорации. Но они все те же, разве что долгий закат над озером незаметно сменяется ночной темнотой — подходящая атмосфера для истории о молодом охотнике Максе (Томас Блондель), влюбленном в дочь лесника Агату (Анн-Флер Вернер), но неспособном, кажется, самостоятельно выиграть турнир стрелков, чтобы получить руку возлюбленной. Помощь ему обещает вероломный Каспар (Оливер Цварг), который неудачно сватался к Агате, а теперь заложил душу черту и рассчитывает при помощи заколдованных пуль убить Агату, чтобы черту досталась душа Макса, а сам Каспар спасся.
Немецкая пресса пишет об этом спектакле как о «суперромантическом хорроре о любви, чувстве вины и прощении», плюс ко всему сделанном с оглядкой на старый добрый мюзикл. В нем, как и положено во времена, когда новых идей мало, зато старого опыта хоть отбавляй, всего понемногу, при этом качественного и зрелищного.
Венский филармонический оркестр играет, как обычно в Брегенце, на сцене Фестивального дворца, который находится прямо позади амфитеатра под открытым небом на 7000 зрителей. Шведского дирижера Патрика Риндборга это не смущает: сложная и дорогая система передачи звука из театрального здания на озеро давно опробована и вызывает изумление своим качеством. Это касается и певцов — подзвучка такова, что голос всегда кажется исходящим из того места, где находится исполнитель.
Изменен состав оркестра на сцене: вместо пяти музыкантов это три исполнителя, вместо кларнета, трубы, пары виолончелей и пары скрипок — клавесин, контрабас и аккордеон. Появились и многочисленные шумы вроде крика вороньей стаи, которые кажутся явлением природы, но идут в записи.
В этом году на главные мужские партии по два, а не три исполнителя, как прежде. Сцена теперь вплотную придвинулась к амфитеатру, от зрителей ее не отдаляет большое количество воды, как прежде, но воды стало больше на самой сцене — внутри нее просто организовали бассейн. Для купающихся нимф это кажется нормальным, но и певцы много времени проводят в воде, а она не подогревается, ее берут прямо из озера. Повезло только Пражскому филармоническому хору — на этот раз он, как и оркестр, оставался за сценой сухим.
Штёльцль любит не просто красивый, но занимательный театр — чувствуется, что он много работает в кино, а начинал вообще как клипмейкер «Рамштайна». Сказку он рассказывает страшную, что понятно: ставший основой либретто оригинал — новелла Августа Апеля и Фридриха Лауна — был опубликован в сборнике «Истории о привидениях». К либретто Штёльцль добавил многочисленные монологи черта и диалоги других персонажей, которые во многом актуализировали романтическую новеллу — и вызвали легкое раздражение ценителей оперной чопорности, любящих, чтобы все было «как в старину». В какой-то момент даже кажется, что и финал будет иным. Вебер в свое время переделал конец истории, вместо невесты у него убивают злыдня Каспара, а Агата оказывается невидимой, в спектакле же после рокового выстрела Агата падает и наступает трагическая тишина, верится, что пуля ее настигла. Но тут черт спрашивает у публики — вам же хочется хорошего конца? И он наступает.
Новые диалоги получились то издевательские, то смешные, публика веселится, а это при таких масштабах — почти 200 тысяч зрителей за месяц — дорогого стоит, причем в прямом смысле. Билетов практически нет, да и другие фестивальные представления проходят при аншлагах — будь то «Эдип», единственная опера великого Джордже Энеску в убедительной постановке Андреаса Кригенбурга, или сделанный вместе с венским Бургтеатром спектакль «Бум чак, или Последний палач» в постановке нового руководителя театра швейцарца Штефана Бахмана. Ну а следующей «оперой на озере» в ближайшие два года станет «Трубадур» в постановке Дамиано Микьелето (в свое время он поставил запоминающееся «Путешествие в Реймс» в Большом театре). Дирижировать поочередно будут Кирилл Карабиц и Пьетро Риццо.
