Как распределились награды Венецианского кинофестиваля
В Венеции завершился 82-й Международный кинофестиваль. Фильм Джима Джармуша «Отец, мать, сестра, брат» награжден главным призом «Золотой лев», хотя его упорно прочили картине «Голос Хинд Раджаб» Каусер Бен Хании о гибели палестинской девочки. К разочарованию тунисской постановщицы, ей достался второй по рангу Гран-при жюри. «Лев будущего» за лучший дебют присужден фильму «Короткое лето» Насти Коркии. Итоги венецианского конкурса комментирует Андрей Плахов.
К концу фестиваля его сюжет окончательно запутался. Избыток фильмов-антиутопий с мрачными пророчествами, черным юмором и жесткой политической повесткой переключил внимание на совсем другое кино — более мягкое, интимное, обращенное к внутреннему миру человека. Многих очаровал «Молчаливый друг» венгерки Ильдико Эньеди — трехчасовая натурфилософская медитация на тему отношений человека с растениями, этими тихими спутниками его бестолковой жизни. Таким спутником и свидетелем на протяжении десятилетий и даже столетий оказывается прекрасное «древо жизни» — гинкго билоба. «Молчаливый друг» получил приз ФИПРЕССИ — международной критики, еще несколько неофициальных наград, и было ощущение, что он станет фаворитом официального жюри тоже. Рецензенты уже придумали эффектный заголовок статьи по такому случаю — «Здравствуй, дерево!». Но прогноз не оправдался: венгерская картина была отмечена только призом памяти Марчелло Мастроянни для молодых исполнителей: он достался швейцарской актрисе Луне Ведлер, сыгравшей ученую-феминистку, противостоящую патриархальному миру ботаников старой школы.
Жюри большого конкурса возглавлял американский режиссер Александр Пейн — человек здравомыслящий и со вкусом. Компанию ему составили тоже не последние люди, среди них именитые режиссеры Кристиан Мунджу, Стефан Бризе, Маура Дельперо и Мохаммад Расулоф. Принятые этим солидным коллективом решения отразили и политизированную напряженность ситуации, и многообразие подходов к кино, которые трудно привести к общему знаменателю, и неизбежную борьбу национальных амбиций, чреватую не только компромиссами, но и скандалами.
По фестивалю пронесся слух, что среди членов жюри разразился острый конфликт, а входившая в него бразильская актриса Фернанда Торрес в гневе покинула Венецию за день до закрытия.
Однако она появилась на церемонии и как ни в чем ни бывало, с милой улыбкой вручила Кубок Вольпи — приз за лучшую мужскую роль — итальянскому актеру Тони Сервилло, сыгравшему усталого от жизни президента страны в фильме Паоло Соррентино «La Grazia» («Помилование»). И против этого трудно возразить: Сервилло — актер экстра-класса, номер один в итальянском кино, и его можно хоть за каждую роль награждать. Итальянцам — хозяевам фестиваля — достался также спецприз жюри: его получил фильм Джанфранко Рози «За облаками» — единственный документальный участник конкурса.
Возможно, более оригинальным было бы наградить актера Бастьена Буйона, выразительно сыгравшего писателя на грани голодной смерти во французской социальной драме «На работе». Но жюри не забыло и этот симпатичный фильм, отметив его постановщицу Валери Донзелли призом за сценарий. И никто из победителей так искренне не радовался награде, как она. Разве что китаянка Синь Чжилэй, удостоенная Кубка Вольпи за роль в ничем не выдающейся китайской мелодраме «Солнце встает над всеми нами». Это — одно из спорных или компромиссных решений жюри. Так же, как «Серебряный лев» за режиссуру — американцу Бенни Сэфди, постановщику байопика «Крушащая машина» о бойце смешанных единоборств Майке Керре. Очевидно, что и актрисы в конкурсе были посильнее, хотя бы Эмма Стоун в «Бугонии», и режиссеры поярче.
Андрей Плахов об одном из героев Венецианского фестиваля режиссере Цай Минляне
Ключевой компромисс был достигнут при распределении самых главных наград. Тут у жюри почти не оставалось выбора и было крайне узкое пространство для маневра. Над ним навис дамоклов меч мощного лобби. Ощущался невероятный прессинг в пользу фильма «Голос Хинд Раджаб», основанного на факте гибели шестилетней девочки из Газы в январе 2024 года. Получая за него лишь «Серебряного льва» (Гран-при жюри), постановщица Каусер Бен Хания выглядела крайне недовольной и раздраженной — хотя весь зал стоя аплодировал, демонстрируя солидарность с Палестиной. Если бы «Золотого льва» присудили любому другому фильму, жюри было бы трудно оправдываться перед пропалестинскими активистами. Но отдав главную награду Джиму Джармушу, «священному чудовищу» независимого кино, оно, фигурально выражаясь, умыло руки. Кто-то все равно обвиняет жюри в трусости, но Джармуш с его репутацией — надежная защита. Разве этот культовый режиссер на заслужил высшего признания?
Пускай он уже не так радикален и свеж, как во времена молодости, и все равно «Отец, мать, сестра, брат» несет в себе джармушевское очарование, к тому же окрашенное ностальгией по уходящей эпохе.
Отдельной строкой надо отметить режиссерский успех, который ждал на фестивале двух молодых россиянок, сумевших интегрироваться в европейское кино: одна из них работает в Нидерландах, другая — в немецкой киноиндустрии. Мы уже писали о том, что в программе «Венецианские дни» Приз публики достался фильму «Память» Владлены Санду — пронзительной кинопоэме о детстве и юности, попавших под каток чеченской войны. А «Лев будущего», приз Де Лаурентиса (в сопровождении $100 тыс.) за лучший дебют фестиваля, присужден картине «Короткое лето» Насти Коркии. Только раз прежде в истории Венецианского фестиваля обладателем этой награды становился российский режиссер — Андрей Звягинцев за фильм «Возращение». «Короткое лето» — это сильное антивоенное высказывание на материале чеченской войны, направленное против сегодняшних войн также. Обе награды стали красноречивым комментарием к теме презентации российского кино на международных фестивалях.
Как прошел 82-й Венецианский кинофестиваль — в фотогалерее Weekend
Читать далее
