Вышла книга о Егоре Летове
На прилавках книжных магазинов — «Он увидел солнце. Егор Летов и его время» (издательство «Выргород»). Это расширенная «бумажная» версия подкаста Александра Горбачева (признан Минюстом иноагентом), который активно обсуждали в музыкальной и журналистской среде после выхода в 2023 году (тогда его автор еще не был признан Минюстом иноагентом). Книга — последовательное и вдумчивое изложение биографии героя на фоне истории России. Не больше, но и не меньше. Рассказывает Игорь Гаврилов.
Когда-то Александр Горбачев (еще не признанный Минюстом иноагентом) был редактором журнала «Афиша», а его книгу «Он увидел солнце. Егор Летов и его время» редактировал другой его экс-редактор — Юрий Сапрыкин. Если учесть, что еще одну значимую книгу о Летове, «Значит, ураган» (2021), написал бывший музыкальный обозреватель Максим Семеляк, то остается в общем-то не так много звезд золотой поры «Афиши», которые каким-либо образом не воспели Летова. Если отсутствие «Гражданской обороны» в эфире «Нашего радио» практически до середины 2000-х означало ее отсутствие в каноне русского рока, то активная поддержка «Афиши» во многом это отсутствие компенсировала. В 2002–2003 годах компания «Мистерия звука» выпустила трибьют «Гражданской обороне», и он, как говорится в книге, позиционировался как андерграундный ответ посвященным Цою «Кинопробам», вышедшим при активной поддержке «Нашего радио», и, соответственно, заявлял Летова как равную лидеру «Кино» фигуру.
Это противопоставление Летова Цою в культурном поле, возможно, впервые сформулировано открыто.
Рассказывая биографию Егора Летова максимально подробно — от бабушек-дедушек до московского круга общения последних лет жизни, новая книга проводит читателя через все периоды жизни музыканта, включая те, которых Максим Семеляк вовсе не касался, сфокусировавшись только на том, что видел своими глазами, и на том, что ему рассказывал сам Летов. В «Он увидел солнце» есть и преследование «Гражданской обороны» (ГО) КГБ, и принудительное лечение в психбольнице, и отношения Летова и Янки Дягилевой.
Александр Горбачев (признан Минюстом иноагентом) рассказывает о том, как еще в совсем юном возрасте его герой принимал решения, идущие вразрез с привычным сюжетом о взрослении рок-звезды. Попав благодаря старшему брату Сергею в эпицентр столичной контркультуры, познакомившись с московскими концептуалистами и группой «Коллективные действия» и даже сыграв разок в «Поп-механике», Егор Летов тем не менее не стал работать в Москве, а вернулся в родной Омск. Именно там он сочинил и записал все свои самые знаменитые песни и альбомы. «Атмосфера такой интенсивной жизни, постоянного соревнования московского как-то его не устраивала»,— говорит в книге брат Егора Летова Сергей. «В Москве мне нужна была своя человеческая среда, в которой я мог бы работать, импровизировать. Я по своей природе созерцатель. Здесь же жесткая работа. Все предельно интенсивное, пробивное, деловое или урлацкое»,— рассказывал Егор Летов о своем решении в письме другу.
Книга преподносит все принципиально важные решения ее героя как принятые вопреки правилам: «Творчество поперек конвенций, внимание не к качеству записи, а к ее эффективности, неприятие культурного капитализма и медийных иерархий, принципиальный DIY-подход».
И еще один важный тезис, который разобран и развит на страницах книги достаточно подробно: «Никогда, ни в коем случае не надо хорошо писаться (записываться.— “Ъ”)».
Егор Летов создал студию звукозаписи прямо в своей квартире в омской пятиэтажке. А в родном городе его назначили главным врагом советского строя. «Ну где в Омске найти нормального диссидента? А вот он, готовенький, давайте,— говорит в книге вдова Летова Наталия Чумакова.— Преследование КГБ и психушка его сильно изменили и очень обозлили. То есть он изрядно озверел».
Теме «Летов и политика» в книге уделено много внимания, и это неудивительно.
Анархизм, коммунизм, дружба с нацболами (Национал-большевистская партия признана в РФ экстремистской и запрещена), полный нейтралитет — все идеологические метаморфозы Егора Летова интересовали его поклонников едва ли не в той же степени, что и его музыка. Возможно, до самых 2010-х, когда музыканты стали всерьез интегрироваться в политику, участвовать в оппозиционных митингах и даже вооруженных конфликтах, Егор Летов оставался единственным рокером страны, который не стеснялся подниматься на одни трибуны с лидерами движений и публично формулировать свои предпочтения. «Я и от президента бы не отказался»,— комментирует Летов, чья позиция многое значила и для политиков, и для фанатов ГО. Хороший аргумент против распространенной точки зрения, согласно которой музыкантам не нужно «лезть в политику».
«Если рок-революция не состоялась, завела не туда, можно сделать революцию в прямом смысле слова — такая тут, кажется, могла быть идея»,— комментирует Александр Горбачев (признан Минюстом иноагентом). Но уникальность Летова состоит из категорий и пристрастий самого разного толка и масштаба. В одном человеке сочетались революционный порыв, лютое меломанство, баррикады из метафор в текстах, а также любовь к футболу, кино 1960-х и сериалу «Бригада». Книга «Он увидел солнце» — очередная связка ключей к феномену, во многом еще закрытому для понимания.
